Бейсик
  • Register
Техники быстрого засыпания

Техники быстрого засыпания

В практике осознанных снов очень важно научиться быстро засыпать. Случается, что после того как...

Стадии переживания горя: не всё так просто

Стадии переживания горя: не всё так просто

Интернет-пользователь привык полагать себя сведущим в психологии. Хотя бы на самом общем уровне....

Я люблю одиночество

Я люблю одиночество

Психолог Лилия Ахремчик об одиночестве и любви к себе: Время, когда нет детей, мужчин,...

Бейсик и социальное тело

Я делал акцент на том, что Бейсик дает людям возможность предъявить себя в безопасной ситуации. Я, конечно, говорил при этом, что не надо навязывать себя собеседнику. Это как бы само собой разумелось, но не имело слов для теоретического обоснования. Теперь связанная с этим проблематика нашла выражение в определенном термине и связанной с ним системе представлений. Речь пойдет о «социальном теле».

Что это такое? Как я это не раз описывал, когда ребенок выходит из дома в школу, происходит важное событие — он перестает быть субъектом семейного мифа. Он выходит из своего родного дома, где формируется его, как об этом говорят в психологии, личное интимное ядро. Он выходит в школу, где попадает в мир социальных отношений. С этого момента он —социальная единица, включенная в мир социальных отношений.

Этот момент надо пережить, освоить, прожить. Если индивид эту стадию не прошел как следует, — это психический дефект. Он будет в различные социальные отношения совать «себя родимого». Туда, где это совершенно не уместно. Он будет к начальнику относиться как к папе или маме. Он будет к сослуживцам относиться как к членам своей семьи.

А между тем, как я уже говорил, неумение правильно соотносить «себя родимого», «пушистого теплого заиньку», и свое социальное тело, которое репрезентирует его в социуме как носителя имени, отчества, фамилии, паспорта, должности и пр.— значительный психологический дефект.

Я до сих пор делал акцент на том, что Бейсик дает возможность людям раскрыться, лучше увидеть друг друга и пр. Оказывается, если люди не умеют репрезентировать себя с помощью своего социального тела, их работа на Бейсике может столкнуться со значительными трудностями. Если люди суют друг другу «себя родимых», то рассчитывают на родителя в собеседнике. И если родителя не оказывается, то «пушистые заюшки» обнаруживают кто зубы, кто клыки, кто большие тяжелые лапы, и возникают всякие коллизии.

Из этого вытекают два следствия:

1) Если у человека не отработано социальное тело, он оказывается недостаточно защищен, и ему приходится включать те или иные невротические защиты. Поэтому приходится вместо защищенного взаимодействия социальными телами, включать инфантильные невротические защиты. Следовательно, оказывается, что обучение владению своим социальным телом является сильным приемом психотерапии.

2) Чем социальное тело отличается от ригидных, жестких, инфантильных невротических защит? Тем, что нормальное социальное тело позволяет человеку предъявлять себя, но может в любой точке, как мембрана, открыться и закрыться.

Например, я говорю в порядке информации о себе: «я люблю классическую музыку». Если я встречаю понимание у собеседника, я могу открыть эту тему, мы начинаем с ним говорить об этом, мы находим нечто общее, что нас свяжет. И мы через это третье, в чем мы умеем жить, называя разные слова — Гилельс, Рихтер, Бетховен,…, — апеллируя к этой жизни, мы устанавливаем личностный психологический контакт, если это оказывается уместным. А если я втсречаю непонимание, я могу тут же закрыться, предложить поговорить о чем-нибудь другом. Нормальное социальное тело — это очень тонкая мембранная структура.

Это достигается благодаря тому, что в социальном теле не должно быть отождествлений. Я могу туда «себя» поместить, если чувствую, что это уместно и безопасно, и могу себя оттуда «вытянуть». Если я цепляюсь за что-нибудь в своем социальном теле, оно перестает быть социальным и начинает быть инфантильным, психологически болезненно уязвимым. Например, если мой клиент стесняется, что он работает где-то там всего-навсего младшим научным сотрудником, он этим к своему социальному положению прилеплен. Ему задают вопрос, кем он работает, а у него уже физиономия корежится.

Ещё раз: социальное тело — это предельно гибкая структура, это та информация, которую я могу о себе выдавать, в которую я могу войти, из которой я могу выйти, которую я выкладываю, так сказать, на базаре, как товар, но через которую я могу вступить в защищенный живой контакт. Всякое место, где социальное тело жмет, тянет — это место для работы. Богу (и моим «нормальным» собеседникам) совершенно все равно, сколько у меня денег, кем я работаю, это все может быть значимой формой для введения того или иного содержания, но сами по себе эти формы не несут никакого содержания, а уж тем более смысла. Еще раз: всякое место, где социальное положение человека «жмет и тянет», является на самом деле местом невротических отождествлений и требует проработки не по социальному содержанию, а по психологическим механизмам отождествления с этим содержанием.

Вопрос. Значит ли это, что теоретически полностью проработанный человек, уютно, комфортно чувствует себя в любом социальном теле?

М.П. Совершенно верно. Например, как описано у Успенского, когда Гурджиев уезжал однажды куда-то, то уезжал он одним, в купе предьявился другим, а приехал совершенно третьим. И ему было все равно.

Вопрос. Когда зашла речь о возможности установить психологический контакт, всегда ли для него нужна общая предметность?

М.П. Да. Очень важно, что на Бейсике никто никаких заюшек гладить, удовлетворять, любить не будет. Это невозможно, это делается в другое время, в другом месте. Бейсиковский контакт всегда происходит через какой-либо предмет.

Если ты в подчеркнуто личной теме начинаешь высовывать своего родимого заюшку, человек старой закалки сказал бы, что это дефект воспитания. Или, с эстетической точки зрения — дурной вкус. Сколь бы интимной ни была тема, — например, «близкие люди», — каждый мало-мальски воспитанный и имеющий вкус участник Бейсика начнет прикидывать, кому, о чем и насколько он может об этом рассказать, чтобы не перегрузить, не «вываливать кишки на стол».

Вопрос. Значит, задача Бейсика, чтобы люди смотрели на социальные тела?

М.П. Нет, но все, что происходит на Бейсике, происходит через социальные тела.

То, что люди рассказывают о себе кому бы то ни было, всегда есть версия. Что такое истинность версии и, наоборот, её лживость? Истинная версия — та, через которую я могу реально вступить в общение, если это уместно. Лживая версия —та, которая закрывает возможность общения по данному поводу. Истинных версий может быть сколько угодно, в зависимости от твоей личной силы. Дон Хуан, например, может быть вообще кем и чем угодно. Это значит, что у Дон Хуана достаточно личной силы из мест разных самотождественностей. Он может быть проводником американского студента, хозяином маленькой фабрики, Учителем Традиции, ещё чем-то.

Истина и ложь — это не вопрос фактичности. Хотя в нашей культуре с её «паспортным историзмом» принято спрашивать: «Что вы делали до 17-го года?» Впрочем, этот вопрос не большевики придумали. Мать спрашивает ребенка: «Где ты был после школы? Почему ты задержался?» Соответственно, жена у мужа, муж у жены: «Где ты была?» В нашей недокультуре фактичность личной истории является значимым фактом.

Техника Бейсика состоит в том, чтобы рассказывать такую версию и таким образом, чтобы через это можно было — если и насколько это уместно — открыть себя. И каждый шаг открытия опять представлял бы собой такую версию, через которую можно открываться дальше.

«Истина делает нас свободными» — это устроено следующим образом: когда вы предлагаете истинную версию, максимально осмысленную и возможную в данных условиях, это значит, что на любой единице этой истинной версии вы можете сменить увеличение и пойти дальше, вглубь, и там будет куда идти, потому что это — ваша истина.

Если вы соврали, вы закрыли этот файл. Там идти дальше некуда. Вы начинаете выдумывать ещё какую-то ложь, чтобы объяснить эту и т.д.

Но из того, что на Бейсике имеет смысл выдавать именно истинные версии, не следует, что их нужно обязательновыдавать. Для участия в этом предприятии нужно иметь начальный капитал, и желательно — не фальшивый. Нужно иметь, что сказать о себе. «Для того. чтобы говорить и иметь право быть выслушанным, нужно иметь, что сказать». Как только мне захотелось открыться больше, я любое из лично значимых мест этого набора приоткрою и расскажу об этом что-то ещё. Как только мне захотелось закрыться, я закрылся.

Это и есть гибкое объемное социальное тело: система версий, через которые можно максимально открыться и через которые можно также максимально закрыться, выставив безупречный фасад.

Вопрос. Но ведь не подверженных неврозу нет, и именно невроз диктует желание открыться или закрыться в каждом месте.

М.П. То, что ты сейчас сказал, является фактически формулой психотерапии посредством коммуникации. То есть, если мы находимся в специальном психотехническом пространстве, то мы можем всегда отмотать назад и сказать, допустим: «Нет, я зря начал об этом говорить, давай это сотрем, не будем дальше об этом», и больше того: «Я здесь с перепугу сказал не так, как есть, давай вернемся назад, отмотаем, я скажу как у меня есть».

«Отматывая» эти вещи, мы практически перестаем практиковать невроз и предметным образом организуем практику не невротической коммуникации. И супервизор сидит как раз для того, чтобы обеспечивать безопасные возможности участникам этой коммуникации. И каждый из участников коммуникации увидит и почувствует настолько, насколько это лежит в зоне его ближайшего развития.

То, о чем я рассказываю, соответствует моей основной изначальной идее, с которой я пришел в психотерапию, идею техники — «тэхне», как искусства. Вот некоторые думают, что надо общаться естественно, «от сердца к сердцу». Да, только это очень большое искусство. И когда артист на сцене перед двумя, тремя тысячами людей произносит некоторую задушевную лирическую фразу, это не потому, что у него эмоция двинулась или ухо зачесалось, а он за возможность сказать это уместно и полновесно заплатил годами упорной работы.

Чувства артиста многообразны и сложны. Если у тети Мани на кухне «эмоция пошла», она говорит: «А пошел ты …!» А у великого артиста на сцене движение чувств настолько объемно, что включает в себя движение всего космоса. А это требует мастерски настроенного инструмента. И Бейсик обучает начальному мастерству, искусству этой коммуникации. То есть изложению версий как того, с чем мы вместе можем теперь иметь дело.

На вопрос «К чему мы должны прийти?» я могу сказать: мы вместе должны создать версию, которая выражает наше общение. Она по форме предметна, а в этой предметной форме она выражает содержание, а через содержание — смысл нашего общения.

Благодаря этому мы сможем увидеть, что другие несут себя по жизни по-другому.

Ещё одно маленькое соображение. Так понимаемое социальное тело является прямой противоположностью того, что сейчас в некоторых кругах называют имиджем. Имиджмейкеры создают некую куклу на потребу, у них нет задачи выразить личность «носителя» куклы. Есть социальный заказ: кому-то нужен политик определенного типа. Под него ищут соответствующий телесный тип. Находится подходящий носитель имиджа. Имидж на него надевается, и заказ выполнен, вот вам политик такого-то типа. При этом вопрос о самовыражении индивида вообще не стоит.

Социальное тело — это способ самовыражения индивида, и все наработки социального тела — это наработки выразительности. Это история наработок, выражения своих личных запросов, вдохновений, потребностей, всего остального в социальном пространстве. Соответственно, когда мы говорим о современных «звездах», это как раз не артисты, которые выражают себя, а это такие вот куклы, сделанные на потребу. Носить такую штуку предельно тяжело.

Еще раз: нормальное социальное тело защищает, но дает возможность выразить себя. Псевдо-социальное тело — имидж, сделано для того, чтобы манипулировать. При этом, ни поп-звезда, ни надутый имиджем политик на самом деле себя не выражают. Хотя этим не исключается, что в составе большого артиста или действительно большого политика есть, — для употребления по тому или иному случаю, — и такие куклы.

 

Самопознание